Китай должен сохранить стабильность

Интригующиe грaфики
И в 2018 г. oднoй из глaвныx для глoбaльныx рынкoв oстaнeтся интригa, связaннaя с дaльнeйшeй динaмикoй рoстa втoрoй экoнoмики мирa.

Нaпoмним, тeмпы рoстa ВВП Китaя в 2016 г. зaмeдлились дo 6,7% против 6,9% в 2015 г. Официальным прогнозом на 2017 г. предусматривался показатель не ниже уровня 6,5%. По итогам III квартала 2017 г. китайская экономика выросла на 6,8% в годовом выражении после 6,9% в первых двух кварталах. Вероятно, итоговые показатели прошлого года будут объявлены во второй половине января.

А пока остается гадать, каким – восходящим или нисходящим – все же окажется график ВВП в 2017 г. и будет ли продолжен соответствующий тренд в текущем году?

Например, управляющий партнер консалтинговой компании Medelle SA Григорий Бегларян ожидает в этом году роста экономики Поднебесной на 6,2%. Как он отметил, недавние заявления китайских властей о недопустимости перегибов в политике ограничения избыточной кредитной ликвидности предполагают сохранение относительно мягкой денежно-кредитной программы ЦБ Китая. В таком случае допустимо рассчитывать на обеспечение стабильных условий в экономике Китая, хотя существует вероятность локального замедления темпов экономического роста в первом полугодии 2018 г., оговорил Бегларян.

Инфографика

Динамика избыточной ликвидности в экономике Китая

Тогда как главный экономист «Евразийского банка развития» Ярослав Лисоволик предположил, что в текущем году китайская экономика может показать рост на уровне 6% в условиях принятия мер по урегулированию долговой проблемы, а также продвижения крупных инвестиционных проектов в евразийском регионе, в том числе в контексте реализации инициативы «Один пояс – один путь». Важным индикатором устойчивости экономического роста будет догоняющее развитие глубинных регионов Китая по отношению к прибрежным регионам, а также дальнейшее расширение и рост сектора услуг и потребления домохозяйств как новых драйверов роста, сформулировал Лисоволик.

Несмотря на общий позитивный взгляд на Китай, следует внимательно следить за развитием долговой темы: в 2017 г. на тамошнем кредитном рынке прозвучали тревожные звоночки, подтвердил главный аналитик компании ТелеТрейд Групп Олег Богданов. По его мнению, в 2018 г. экономика КНР, вероятно, покажет темпы роста, близкие к 6%, и это будет очень неплохой результат, учитывая, что сейчас китайская экономика находится на этапе перехода от внешнего спроса к внутреннему. Также очевидно, что в долгосрочной перспективе темпы роста ВВП в Китае будут постепенно уменьшаться и стремиться к среднемировым значениям в районе 3%. Хотя вследствие закрытости китайской экономики очень сложно делать какие-либо долгосрочные прогнозы, указал Богданов.

Карьерная статистика
Вряд ли сами китайские власти, констатировали Алексей Голубович и Александр Орлов из ИК «Арбат Капитал», точно понимают, что происходит в их гигантской по числу предприятий и занятых экономике. Ведь не исключено, что многие тамошние региональные руководители для продвижения по карьерной лестнице в КПК могли искажать статистические показатели по своему региону. Это касается и корпоративного сектора, который очень быстро понял необходимость фондового рынка для обогащения собственников компаний: количество эмитентов на китайском рынке акций уже приблизилось к американскому показателю. Причем многие эмитенты второго и третьего эшелонов оказались не очень чисты на руку, что подтверждалось не раз: скандалом с Sino Forest в 2012 г., лопнувшим в 2015 г. «пузырем» на Шанхайской бирже и т. п.

Ссылки по теме

  • Нефтеюань: как Китай изменит мировой рынок нефти
  • PMI в сфере услуг Китая достиг максимума с 2014 года
  • Китай в 2018 году обойдет Японию по импорту газа

Пока, подчеркнули эксперты, власти Китая придерживаются политики «мягкого торможения» экономики. Но, в отличие от 2015-2016 гг., когда в Пекине резко отказались от нее в пользу стимулирования роста, вторая пятилетка Си Цзиньпина, скорее всего, будет проходить под лозунгом «Качество роста важнее количества». Таким образом, больше внимания будет уделено экологии, социальным вопросам, сфере услуг и высоким технологиям, а не тяжелой промышленности, металлургии и строительству. Поэтому весьма вероятно торможение темпов роста и ниже 6% с увеличением числа банкротств. Однако вряд ли ситуация выйдет из-под контроля властей КНР: только торговая война с США способна привести к существенной потере динамики китайской экономики, определили в ИК «Арбат Капитал».

Говоря также о возможном использовании в России каких-то наработок китайских коллег, аналитики ответили, что сделать это здесь было бы непросто в условиях совершенно иной административной и политической системы. Но можно попробовать китайский опыт в промышленной политике (с более жестким госпланированием и целевой поддержкой бизнеса в выбранных перспективных отраслях, созданием необходимой инфраструктуры и продвижением на глобальных рынках), а также стимулировании конкуренции в сфере рыночной экономики вне сектора естественных монополий.

Революционные уроки
Между тем, своего осмысления, очевидно, также ждет и накопленный в Поднебесной опыт стратегического социально-экономического планирования.

Как ранее рассказал главный научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Александр Ломанов, к 2020 г. в Китае предполагают построить «общество малой зажиточности», выведя из-за черты бедности порядка 40 млн китайцев. Причем для обеспечения целевых параметров социальных программ в последующие три года рост экономики КНР не должен опуститься ниже 6,5%. Также на прошедшем в октябре 2017 г. XIX съезде Компартии Китая были названы рубежными 2035 и 2050 гг., когда предусматривается «осуществить базовую социалистическую модернизацию» и построить «сильную модернизированную державу», которые подразумевали бы выход китайской экономики на первое место в мире с последующим доведением уровня жизни в Поднебесной до стандартов развитых стран, резюмировал Ломанов.

К использованию соответствующего опыта, к слову, подталкивают и уроки русской революции, столетие которой в прошлом году также отметили в рамках «Международного дипломатического семинара», организованного Дипакадемией МИД РФ. Причем, как показали международные дискуссии (в которых наиболее активными и заинтересованными участниками проявили себя именно китайские коллеги), «нам еще предстоит научиться осмыслению памятных событий 1917 г.», уточнила руководитель названного проекта Наталья Маслакова-Клауберг. Хотя главный их урок уже известен: эволюционный путь развития предпочтительнее революционного, определил ректор Дипакадемии МИД РФ Евгений Бажанов.

Еще один очевидный урок предполагает взаимную ответственность власти и оппозиции за сохранение страны и народа в качестве обязательной цели и условия будущих преобразований.

При этом третий урок мог бы подразумевать приоритетность задач социального развития, важность которых обуславливается как российским историческим контекстом, так и перспективными разработками современных экономистов, ратующих за первостепенные вложения в человеческий капитал.

Четвертым уроком предусматривалась бы также необходимость учета имеющихся зарубежных наработок для скорейшего и успешного прохождения по заданному пути, а пятым – наличие конкретных рубежных ориентиров.
С тем, скажем, чтобы в течение такого-то периода в России наметили бы вывести из-за черты бедности пока прозябающие в ней миллионы россиян, а далее запланировали бы достичь существенного преобладания представителей общества средней зажиточности, то есть среднего класса, и т. д. При всех возможных модификациях соответствующих определений (и сроков) очевидно, что продвигаться стало бы легче к обозначенным впереди целям.

И этот последний урок тем более следовало бы учесть в нынешнем избирательном периоде разработчикам всевозможных стратегических программ развития.

Наталья Приходко

Both comments and pings are currently closed.

Comments are closed.