Конец цивилизации Запада: как и почему это может произойти

Eсть ли признaки тoгo, чтo нaш мир ужe ступил нa путь, вeдущий к кoллaпсу?Нeкoтoрыe из фaктoрoв ужe присутствуют — и тo, кaк Зaпaд нa ниx oтрeaгируeт, oпрeдeлит нaшe будущee, считaeт oбoзрeвaтeль BBC Future.

Пoлитэкoнoмист Бeнджaмин Фридмaн, aвтoр книги «Мoрaльныe пoслeдствия экoнoмичeскoгo рoстa», oднaжды срaвнил сoврeмeннoe зaпaднoe oбщeствo с удeрживaющим рaвнoвeсиe нa xoду вeлoсипeдoм, кoлeсa кoтoрoгo врaщaются блaгoдaря экoнoмичeскoму рoсту.

И eсли этo пoступaтeльнoe движeниe «вeлoсипeдa» зaмeдлится или прeкрaтится, тo тe oснoвы, нa кoтoрыx зиждeтся нaшe oбщeствo — дeмoкрaтия, личныe свoбoды, сoциaльнaя тoлeрaнтнoсть и тaк дaлee, — зaшaтaются.

Нaш мир будeт стaнoвиться всe бoлee мрaчным мeстoм, гдe жизнь oпрeдeляют нexвaткa рeсурсoв и риск пoпaдaния в группу oтвeржeнныx, тex, ктo oкaзaлся зa прeдeлaми элиты или зa прeдeлaми тex нeмнoгиx гoсудaрств, у кoтoрыx дo пoры до времени с ресурсами все в порядке.

Если мы не найдем способ заставить колеса вновь вращаться, наше общество ждет полный крах.

Такие крушения цивилизаций случались в истории человечества много раз, и ни одно общество, каким бы процветающим оно ни казалось, от этого не застраховано.
Даже если на секунду забыть о природных катастрофах и рукотворных бедствиях (падение астероида, ядерная зима, смертельная эпидемия), все равно история неумолимо свидетельствует: есть масса факторов, обеспечивающих конечный коллапс.
Что же это за факторы? И какие из них уже начали проявлять себя в том или ином виде?

Два сценария катастрофы

Думаю, вас не удивит, если я скажу: человечество ныне идет по скользкому и неизведанному пути. Но как далеко еще от нас точка, после которой уже ничего не поправишь?

Конечно, точно предсказать будущее невозможно. Но с помощью математики, истории и некоторых других наук можно попробовать найти более или менее ясные намеки на то, каковы долгосрочные перспективы западного общества.

Американский ученый, специалист по прикладной математике из Университета Мэриленда Сафа Мотешаррей моделирует на компьютере механизмы, которые могут привести как к местному или глобальному устойчивому развитию, так и к коллапсу цивилизации.

Протестующие против неравенства в Южной Африке подожгли полицейский автомобиль (2016 г.)

Согласно опубликованным в 2014 году результатам исследований Мотешаррея и его коллег, есть два наиболее важных фактора: нагрузка на экологию и экономическое расслоение общества.

Экологическая категория более понятна современному обществу и популярна в качестве потенциального источника конца света — особенно в связи с происходящим уже сейчас истощением природных ресурсов (питьевой воды, плодородных почв, рыбных и лесных запасов), усугубляемым изменениями климата.

А вот понимание того, что экономическое расслоение общества на богатую элиту и бедные массы может само по себе, без участия экологической катастрофы, привести к коллапсу, стало сюрпризом для Мотешаррея и его коллег.

В «экономическом» апокалиптическом сценарии бездумно увеличивающие потребление и наращивающие личное богатство элиты ввергнут общество в нестабильность, ведущую в итоге к полному развалу.

«Простолюдинам» в этом сценарии не достается почти ничего из общественных богатств — и это при том, что бедных значительно больше, чем богатых, и благополучие элиты зависит от их труда.

В конце концов, в связи с тем, что доля общественного богатства, отведенная бедным, слишком мала, рабочие массы просто вымирают. А вслед за этим приходит конец и всему обществу, поскольку элиты не могут прожить без чужого труда.

Существующая уже сегодня — как внутри некоторых стран, так и между странами — опасная степень неравенства ясно указывает на проблему.

Например, 10% государств с максимальным уровнем дохода ответственны примерно за такое же количество выбросов парниковых газов, какое генерируют остальные 90% более бедных стран. Еще пример: около 50% населения планеты живет на менее чем 3 доллара в день.

Модели каждого из этих сценариев конца цивилизации определяют так называемую несущую способность (carrying capacity) — количество населения, которое может устойчиво обеспечиваться природными ресурсами на протяжении долгого времени.

Один из главных уроков падения Римской империи: чем сложнее общество, тем выше цена, которую мы за это платим

Если несущая способность чересчур перегружена, коллапс неизбежен. Однако есть и выход.

«Если мы каждый раз делаем разумный выбор, направленный на снижение влияния таких факторов, как неравенство, неконтролируемый рост населения, уровень загрязнения окружающей среды, уровень истребления природных ресурсов (что сделать вполне реально!), мы можем избежать краха и удержать общество на траектории стабильного развития», — отмечает Мотешаррей.

«Но такие решения надо принимать уже сейчас, нельзя ждать вечно», — предупреждает он.

К сожалению, как считают некоторые эксперты, сделать такой выбор — выше наших сил, мы к этому не готовы ни политически, ни психологически.

Мы уже вступили в опасный цикл

«Наш мир не сможет использовать шанс решить проблему изменения климата уже в этом столетии — просто потому что это дороже, чем оставить всё как есть», — подчеркивает Йорген Рандерс, норвежский ученый, автор книги «2052 год: глобальный прогноз на следующие сорок лет» (2052: A Global Forecast for the Next Forty Years).
«Проблема климата будет становиться все острее, потому что мы не можем выполнить то, что обещали — и в Парижском соглашении, и в других подобных документах», — говорит он.

И хотя все мы живем на одной планете, наиболее бедные регионы мира первыми почувствуют приближающийся коллапс. Да что там — некоторые государства уже сейчас играют незавидную роль канарейки в шахте, на их примере можно наблюдать, что рано или поздно ждет и более богатые нации.

Например, в Сирии некоторое время назад наблюдался взрывной рост населения. Но затем, в конце 2000-х, последовали свирепые засухи (возможно, усугубленные изменениями климата), что нанесло удар по местному сельскому хозяйству.
Особенно пострадали от кризиса молодые люди — многие остались без работы. Обозленные и отчаявшиеся, они наводнили города страны, власти которых и так с трудом справлялись с поддержанием хоть какого-то уровня благополучия для жителей.
Существовавшая и ранее межэтническая напряженность достигла новой степени, став плодородной почвой для насилия и всевозможных конфликтов.

Добавьте к этому из рук вон плохое государственное управление — и страна погрузилась в гражданскую войну, поставившую сирийское общество на грань полного коллапса.

В случае с Сирией — как и в случае многих других общественных коллапсов в истории — винить надо не один, а множество факторов, отмечает Томас Гомер-Диксон, канадский политолог и эколог, автор книги «Преимущества упадка» (The Upside of Down).

Он называет эти факторы тектоническими напряжениями (tectonic stresses) — из-за того, что они незаметно накапливают силу и внезапно взрываются (как извергаются вулканы), тем самым перегружая и ломая общественные механизмы стабилизации.
Помимо случая с Сирией Гомер-Диксон указывает на еще один признак того, что человечество вступило в опасный цикл развития: участившиеся случаи нелинейностей, неожиданных перемен в заведенном миропорядке: экономический кризис 2008 года, «брексит», победа Трампа на президентских выборах в США…

Некоторые цивилизации просто тихо исчезали, становясь историей без излишнего шумаБюджетные проблемы Римской империи

Наше прошлое тоже дает нам намеки на то, что может произойти в будущем.
Возьмите, к примеру, Римскую империю. К концу 100 г. до н.э. римляне контролировали Средиземноморье — все его регионы, до которых было легко добраться морем (это было единственное государство в истории, которому принадлежало все побережье Средиземного моря — Прим. переводчика).

Им бы на этом и остановиться, но дела шли так замечательно, что они решили раздвинуть сухопутные границы.

Но путешествия по суше совсем не такие экономичные, как по воде. Расширив границы империи, римляне постепенно истощали свои резервы, но все-таки, несмотря на это, на протяжении нескольких столетий империя оставалась стабильной.
Начиная с III века ее начали преследовать беды — от вторжений варваров до гражданских войн.

Рим пытался сохранить контроль хотя бы над своими основными территориями, но содержание мощной армии висело тяжелым ярмом на бюджете, инфляция росла.
Некоторые ученые называют началом падения империи 410 год, когда вестготы разграбили Рим, но это стало возможным только потому, что предпосылки вызревали давным-давно.

Как считает Джозеф Тейнтер, американский антрополог и историк, автор книги «Коллапс сложных сообществ» (The Collapse of Complex Societies), один главных уроков крушения Римской империи таков: чем сложнее общество, тем выше цена, которую мы за это платим.

До III века Рим только и делал, что добавлял новые элементы в имперскую структуру: армия увеличилась вдвое, прибавилась кавалерия, количество провинций росло, а с ним росла и бюрократия.

Все это было нужно, чтобы поддерживать статус-кво. В конце концов у империи не осталось сил и ресурсов на то, чтобы продолжать это делать. К краху империи привела не война, а бюджетные проблемы.

Нас спасет новая нефть?

Современное западное общество до поры до времени было в состоянии подавлять все признаки возможного коллапса с помощью ископаемых видов топлива и промышленных технологий. Пример: когда цены на нефть стали безудержно расти, была изобретена технология гидроразрыва.

Тейнтер, правда, подозревает, что Западу не удастся выкручиваться до бесконечности. «Только представьте себе, каковы будут затраты, если мы захотим построить стену вокруг Манхэттена, чтобы спасти его от высоких приливов и штормов», — говорит он.
Рано или поздно инвестиции в сложность как стратегию решения проблем, встающих перед обществом, достигнут точки, за которой прибыль исчезает. Это приведет к бюджетным проблемам и уязвимости общества такой степени, что оно просто развалится.

Так и будет, отмечает он, если только мы не найдем способ платить за нашу всё возрастающую сложность — примерно так, как наши предки строили свое благополучие на нефти и газе.

Демонстранты в Аргентине протестуют против вмешательства США в сирийский и венесуэльский кризисы

Гомер-Диксон предполагает, что коллапсу западной цивилизации будет предшествовать рост изоляционизма. По мере того как бедные государства будут все глубже погружаться в конфликты и прочие бедствия, волны мигрантов хлынут в более стабильные регионы мира.

Западные страны ограничат или даже запретят иммиграцию, вдоль границ будут построены дорогостоящие стены, их будут патрулировать дроны и пограничные войска, управление государством станет более авторитарным и одновременно — популистским.

Тем временем углубляющаяся пропасть между богатыми и бедными подтолкнет западные общества к внутренней нестабильности.

«К 2050 году США и Великобритания превратятся в двухклассовое общество, в котором маленькая по размеру элита будет пользоваться всеми благами, но для большинства уровень жизни будет неуклонно падать, — пророчит Рандерс. — И прежде чем исчезнет цивилизация, исчезнет равенство».

По словам Гомера-Диксона, люди станут все больше и больше замыкаться в своих религиозных, этнических и национальных сообществах, отторгая чужаков.
Непризнание доказанных фактов и собственной вины в проблемах (явление уже сейчас весьма распространенное) станет популярным умонастроением. Во всем станут винить чужаков, «не таких, как мы». Всеобщее недовольство будет расти, создавая предпосылки для массового насилия.

И когда этот нарыв насилия прорвется — или соседнее государство сочтет нужным навести порядок, так как оно его понимает, — цивилизационного коллапса будет трудно избежать.

Первой в таком случае пострадает Западная Европа — из-за своей близости к Африке, к Ближнему Востоку и из-за соседства с более нестабильными государствами Восточной Европы. США продержатся дольше, поскольку отделены океаном.

Неужели все так плохо?

С другой стороны, западное общество не обязательно ждет драматический конец в пучине насилия.

В некоторых случаях цивилизации все более и более отходили на вторые роли, с течением времени тихо исчезнув и став историей без лишнего шума.

Британская империя шла этим путем с 1918 года, отмечает Рандерс, и другие западные государства тоже могут пойти тем же маршрутом, по ходу дела отрекаясь от многих ценностей, которых они придерживаются ныне.

«Западные нации не ждет коллапс, — считает Рандерс. — Просто государство уже не будет работать так незаметно и эффективно, как сейчас, потому что на первый план выйдет неравенство. Демократия и либерализм потерпят поражение, а победителями окажутся такие авторитарные правительства, как в Китае».

Все эти прогнозы не должны нас сильно удивлять — ведь многое из того, о чем говорят социологи, политологи и экономисты, нам уже знакомо. Скажем, Гомер-Диксон предсказывал часть нынешних событий еще в 2006 году. Впрочем, он не ожидает какого-то их драматического развития раньше середины 2020-х.

Однако для западной цивилизации не всё потеряно. Если при принятии ключевых решений руководствоваться разумом и рекомендациями ученых, если политики проявят исключительные лидерские качества и добрую волю, то человеческое общество будет идти по пути прогресса все дальше и дальше, отмечает Гомер-Диксон.
Даже если учесть, что человечеству придется жить под стрессом изменений климата, растущей перенаселенности и снижения эффективности энергетики, мы в силах поддерживать устойчивое развитие и даже делать наше общество лучше.

Но для этого потребуется наступить на горло своим желаниям и инстинктам, которые словно подталкивают нас: эй, хватит уже сотрудничать, хватит этой щедрости, хватит прислушиваться к голосу разума…

«Вопрос стоит так: сможем ли мы сохранить наш мир гуманным, проходя через все эти перемены?» — подчеркивает Гомер-Диксон.

foto: Gettyimages

Comments

comments

Both comments and pings are currently closed.

Comments are closed.